Рак Юрий Владимирович (ч. 4 ст. 209, ч. 2 ст. 380 УК РБ)

Приговором Брестского областного суда от 5 апреля 2011 года Рак Юрий Владимирович, был признан виновным:

в завладении имуществом путем обмана и злоупотребления доверием (мошенничестве), совершенном организовнанной группой в особо крупном размере (ч. 4 ст. 209 УК Республики Беларусь);

в поддедке официальных документов и в использовании заведомо подложных документов, совершенных группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 380 УК Республики Беларусь).

По совокупности названных преступлений Раку Ю. В., было окончательно назначено наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием наказания в исправительной колонии в условиях усиленного режима.

По мнению суда Рак Ю. В. являлся членом «предварительно объединившейся, возглавляемой и управляемой иным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, устойчивой организованной группы».

Данная организованная группа, как указано в приговоре суда, осуществляла умышленную преступную деятельность, направленную на хищение денежных средств и товарно-материальных ценностей государственных и коммерческий предприятий Республики Беларусь (всего в обвинении Рака Ю. В. фигурирует 96 предприятий) в особо крупном размере, путем поставок под видом дизельного топлива печного топлива либо смеси печного топлива с керосином (бензином, реактивным топливом), не предназначенных для работы двигателей автотранспортных средств.

Поступившие от указанных 96 организаций денежные средства (в счет оплаты за поставку дизельного топлива) – в общей сложности более 34 миллиардов рублей – Рак Ю. В. совместно с другими членами группы «использовал для продолжения противоправной деятельности, на приобретение банковских векселей, бумаги и иных товаров с целью извлечения дохода».

По мнению суда Рак Ю. В., являясь учредителем одной из организаций-поставщиков дизельного топлива, находясь в составе организованной группы выполнял следующие функции:

участвовал в приобретении печного топлива, керосина и реактивного топлива;

давал указания работникам организаций-поставщиков о составлении подложных документов,

доставлял комплекты подложных документов на дизельное топливо покупателям либо с этой целью передавал их иным лицам;

согласовывал условия и время поставок с должностными лицами организаций, покупавших топливо у организаций-поставщиков, контролировал осуществление взаиморасчетов с этими организациями;

выполнял иные указания, связанные с осуществлением организованной группой противоправной деятельности, в том числе по контролю за действиями участников.

Вынесенный в отношении Рака Ю. В., приговор по ч. 4 ст. 209, ч. 2 ст. 380 УК Республики Беларусь незаконен и необоснован по следующим причинам:

1. Суд в приговоре констатировал тот факт, что Рак Ю. В. являлся участником организованной группы, однако, признаков данной преступной группы (согласно ч. 1 ст. 18 УК Республики Беларусь – это, в том числе, предварительная объединенность, управляемость, устойчивость) в полном объеме раскрыто не было. Суд не назвал ее руководителя, не установлил, когда и кем данная группа была создана и для каких целей.

В приговоре при установлении признаков организованной группы суд ограничился, например, следующим: «управляемость организованной группы обеспечивалась руководством иного лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство…, который принимал основные решения при организации, подготовке и совершении хищений, давал членам группы обязательные для исполнения указания, контролировал их действия и определял размеры преступных доходов каждого из соучастников».

В суде «иное лицо», руководившее организованной группой, не допрашивалось, однако, суд допустил предположение о том, какую конкретно роль «иное лицо» поручило выполнять Раку Ю. В. Из приговора также не ясно, когда организованная группа объединилась для осуществления преступной деятельности (обязательный признак организованной группы – предварительная объединенность).

Вместе с тем, п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 25.09.2003 № 9 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с созданием и деятельностью организованных групп, банд и преступных организаций» четко указывает, что судам при рассмотрении дел данной категории необходимо проводить всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств, устанавливать роль и степень участия в совершенных преступлениях каждого участника преступных формирований, выяснять причины и условия, способствовавшие их созданию и деятельности. Данные обязательные рекомендации Верховного Суда Республики Беларусь Брестским областным судом выполнены не были.

Таким образом, суд при вынесении приговора, применил нормы Уголовного кодекса Республики Беларусь об уголовной ответственности участников организованной группы, хотя данные нормы не должны были подлежать применению по причине того, что по делу всех признаков организованной группы установлено не было. Своими действиями суд Брестской области допустил существенное нарушение норм Уголовного кодекса Республики Беларусь.

2. Согласно нормам п. 1 ч. 1 ст. 89 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь при производстве судебного разбирательства подлежит доказыванию наличие общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения).

Рак Ю. В. по приговору суда, в том числе, был осужден за совершение хищения имущества путем обмана и злоупотребления доверием (ст. 209 УК Республики Беларусь). Согласно нормам примечания к главе 24 УК Республики Беларусь хищением признается умышленное противоправное безвозмездное завладение чужим имуществом с корыстной целью. Таким образом, обязательным признаком хищения выступает факт завладения чужим имуществом (в том числе время, место и другие обстоятельства завладения). Кроме того, хищение считается оконченным с момента, когда лицо завладело имуществом и имеет возможность им распоряжаться (п. 33 Постановление Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21.12.2001 № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества»). Таким образом, суду для констатации факта хищения денежных средств необходимо было установить время, место, способ и другие обстоятельства завладения Раком Ю. В. денежными средствами.

Однако все эпизоды с участием Рака Ю.В. описаны судом в приговоре следующим образом – «Рак, действуя в составе организованной группы … изготовил заведомо ложные товарно-транспортные накладные … , протоколы согласования цен к ним и копию паспорта качества на дизельное топливо. В тот же день на основании договора поставки нефтепродуктов … используя изготовленные заведомо ложную товарно-транспортную накладную и протокол согласования цен к ней и копию паспорта качества на дизельное топливо, Рак Ю. В., действуя в составе организованной группы … поставил печное топливо как топливо дизельное … похитив, тем самым, путем обмана и злоупотребления доверием денежные средства предприятия … перечисленные на расчетный счет в качестве оплаты за топливо».

Из вышеприведенной цитаты из приговора видно, что суд не установил, как, когда и при каких обстоятельствах Рак Ю. В. завладел более 30 миллиардами рублей.

В приговоре приводятся попытки указать на тот факт, что организованная группа, в состав которой якобы входил Рак Ю.В., покупала в ЗАО «СомБелБанк» векселя. Однако судом не выяснено, на какую общую сумму организованной группой якобы были куплены векселя, соответствует ли стоимость покупки векселей сумме похищенного имущества, в чью конкретно собственность в конечном итоге обращались векселя, получал ли векселя Рак Ю. В., либо последний каким-либо другим способом снимал денежные средства со счетов организаций, поставлявших некачественное топливо предприятиям.

Таким образом, судом при рассмотрении уголовного дела не установлен такой обязательный признак хищения имущества как «завладение» чужим имуществом, следовательно, неправомерно сделан и вывод о виновности Рака Ю. В. в совершении преступления по ч. 4 ст. 209 УК Республики Беларусь. Недопустимо говорить о хищении, когда в суде не установлено кто конкретно, где и при каких обстоятельствах завладел денежными средствами.

3. Кроме того в приговоре неверно определена сумма якобы похищенных Раком Ю. В. денежных средств. Размер предполагаемого ущерба указан исходя из общей суммы сделок по поставкам фрм-поставщиков дизельного топлива в адрес различных организаций.

Однако такие суммы похищены никем быть не могли. Судом было установлено, но не учтено при вынесении приговора, что фирмами-поставщиками в адрес организаций осуществляли поставки топлива (печного вместо дизельного или нет в данном случае не так важно).

Признаком хищения выступает безвозмездное завладение имуществом (Примечание к главе 24 УК Республики Беларусь). То есть, для того, чтобы констатировать факт хищения конкретной суммы денежных средств суду необходимо установить отсутствие в действиях виновного какого-либо встречного предоставления. В то же время, если предположить, что фирмы-поставщики вместо дизельного топлива поставляли организациям печное топливо, предприятия-потребители все же получали от поставщика встречное предоставление товара (допустим, в виде печного топлива, которое также имеет рыночную стоимость), только низкого качества и по завышенным ценам. Судом при рассмотрении дела не установлено, какова общая стоимость ранее закупленного фирмами-поставщиками якобы некачественного топлива, которое в итоге было поставлено потребителям.

Таким образом, как обвинению, так и суду следовало определить сумму якобы похищенного имущества организаций-потребителей как разность между суммой сделки по поставке дизельного топлива и стоимостью печного топлива, которое фактически поставлялось. Приговор, в котором неверно указана сумма совершенного хищения по причине неполноты судебного следствия (не выяснены все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу), является необоснованным и должен подлежать безусловной отмене.

4. Под сомнение следует поставить и вывод суда о том, что по эпизодам обвинения имела место поставка печного топлива вместо дизельного. Главным доказательством поставки фирмами-поставщиками в адрес потребителей печного топлива, по мнению суда, послужили преимущественно свидетельские показания – жалобы работников организаций на низкое качество топлива. Однако в суде было установлено, что при поставках фирмами-поставщиками топлива в адрес других организаций контрольные заборы не проводились, экспертизы по всем без исключения эпизодам поставок якобы некачественного топлива не назначались. Кроме того, от некоторых покупателей жалоб на качество топлива, поставленного в их адрес, не возникало (данный факт был установлен судом!). Таким образом, вывод о том, что в адрес всех организаций по всем эпизодам обвинения было поставлено не дизельное топливо, а печное – это предположение суда, не основанное на полученных в ходе судебного рассмотрения доказательствах.

Согласно нормам ч. 4 ст. 16 УПК Республики Беларусь приговор не может быть основан на предположениях, а все сомнения в обоснованности предъявленного обвинения толкуются в пользу обвиняемого (ч. 3 ст. 16 УПК Республики Беларусь).

5. Рак Ю. В. приговором суда Брестской области от 5 апреля 2011 года осужден также за поддедку официальных документов и за использование заведомо подложных документов, совершенных группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 380 УК Республики Беларусь), совершенные в целях сокрытия одного из эпизодов поставки предприятию печного топлива под видом дизельного. Однако в суде не установлено, что именно Рак Ю. В, осуществлял подделку документов по поставке дизельного топлива. Суд признал Рака Ю. В. виновным по ч. 2 ст. 380 УК Республики Беларусь только на основе показаний одного из обвиняемых о том, что последний подписывал документы и скреплял их печатью. Допрощенные по данному факту свидетели только видели, как данные документы имелись у Рака Ю. В. Почерковедческой экспертизы в целях проверки факта наличия подписи обвиняемого на документах судом не назначалось. Таким образом, установленный судом факт подделки Раком Ю. В. официальных документов явился следствием неполноты судебного следствия, что в свою очередь также является прямым основанием для отмены приговора и направления дела на новое судебное рассмотрение.

Вверх